Шаг 1: бессилие

Первый шаг сформулирован на стр. 59 Большой книги, первым в списке, который предлагается как программа выздоровления: «Мы признали своё бессилие перед алкоголем, признали, что мы потеряли контроль над собой.» Все остальные шаги стоят на этом. Книга ставит это требование прямо в главе «И снова об алкоголизме»: «Мы усвоили, что нам следует полностью, до самых своих сокровенных глубин, осознать и принять, что мы — алкоголики. И это первый шаг к выздоровлению» (стр. 30). Обратите внимание, как высоко поставлена планка. Не заподозрить. Не сказать вслух на собрании, втайне оставив себе лазейку. Полностью осознать и принять — до самых сокровенных глубин. Первый шаг сделан тогда, когда спор внутри нас окончен.

Что значит «бессилие» языком Большой книги

Большая книга описывает алкоголизм как проблему из двух частей, и слово «бессилие» охватывает обе. Первая — физическая. «Мнение доктора» (стр. xxv–xxxii) описывает аллергию организма: как только алкоголь попадает в организм, возникает тяга, которая свойственна только алкоголикам и никогда не возникает у обычного умеренно пьющего человека (стр. xxviii). Вот почему счёт рюмок никогда не работает. Вторая часть — умственная, и именно она наносит настоящий вред. На стр. 24 сказано, что алкоголики «утратили свободу выбора в отношении выпивки». Воспоминание о позоре прошлого месяца не всплывает с достаточной силой, когда приходит мысль о выпивке. «У нас нет защиты от первой рюмки» (стр. 24). А на стр. 30 назван двигатель всего этого: «Каждый алкоголик одержим идеей, что как-нибудь, когда-нибудь он будет контролировать свою выпивку и сможет наслаждаться ею» (в английском — «the great obsession of every abnormal drinker»). Бессилие — не оскорбление. Это описание факта: тело, которое не справляется с алкоголем, и ум, который не может от него отстать.

Неуправляемость — вторая половина признания, и она вытекает из первой. Когда пьянство идёт по кругу тяги и одержимости, жизнь выстраивается вокруг этой проблемы. Работа, деньги, браки, здоровье и самоуважение по очереди идут наперекосяк. Но более глубокая неуправляемость — внутренняя. Глава 2 описывает ту точку, в которой даже самое сильное желание бросить пить совершенно не работает (стр. 24). Мы не могли управлять собственными мыслями об алкоголе, а значит, не могли управлять и жизнью, которую эти мысли порождали.

Где в тексте находится Первый шаг

Хотя сам шаг приведён на стр. 59, вся первая часть книги — это материал для Первого шага. «Мнение доктора» (стр. xxv–xxxii) даёт медицинскую картину аллергии и тяги. «История Билла» (стр. 1–16) показывает, как один человек прожил это на деле. «Решение есть» (стр. 17–29) объясняет, почему сила воли и самопознание подводят нас в решающий момент. А «И снова об алкоголизме» (стр. 30–43) — собственно глава Первого шага; её задача — разбить заблуждение, будто мы такие же, как другие люди. Если вы проходите Первый шаг, эти страницы — ваше задание.

Как Большая книга предлагает его проходить

Рабочей тетради для Первого шага в Большой книге нет. Указание — поставить себе диагноз через строгую честность. Во-первых, книга предлагает проверить факты, а не спорить с ними: на стр. 31 и 32 тому, кто не уверен в своём состоянии, советуют попробовать выпить «в меру», попробовать резко остановиться, и сделать это не один раз, а затем честно оценить результат. Большинство из нас годами ставили этот опыт, не называя его так. Во-вторых, она даёт простой диагностический признак: «Если вы видите, что не можете бросить пить, даже когда честно этого хотите, или, когда вы пьёте, плохо контролируете количество выпитого, — вероятнее всего, вы алкоголик» (стр. 44). В-третьих, она задаёт планку: полное признание, в глубине души, без остатка (стр. 30). Что меняется, когда мы это делаем? Борьба заканчивается. Мы перестаём тратить силы на доказательство того, что можем пить безопасно, и становимся способны учиться. Книга предупреждает: «Полумеры ничем не помогли нам» (стр. 59), — и Первый шаг есть то место, где мы перестаём держаться полумер в отношении правды.

Скажем честно. Почти все спотыкаются на этом шаге, потому что признание бессилия звучит как признание слабости, конченности, того, что мы хуже других. Многие из нас построили свою личность на том, что именно они способны справиться с чем угодно, и Первый шаг казался подписанием бумаг о собственном поражении. Опыт тех, кто его сделал, прямо противоположен. Это признание не заканчивает ничего, кроме изматывающего представления. Мы уже проиграли эту борьбу; Первый шаг лишь не даёт нам притворяться, будто это не так, а именно притворство и держало нас больными. По ту сторону — настоящее облегчение, какое бывает, когда наконец опускаешь то, что слишком тяжело нести.

Первый шаг оставляет нас с проблемой, полностью признанной и всё ещё не решённой, и книга намерена на какое-то время оставить нас именно там. «Силы явно не хватало, и в этом была наша проблема» (стр. 45). Если мы бессильны, помощь должна прийти откуда-то извне наших собственных ресурсов. Именно с этого места подхватывает Второй шаг: «Пришли к убеждению, что только Сила более могущественная, чем мы, может вернуть нам здравомыслие.» (стр. 59). Сначала мы признаём, что не можем. Затем начинаем честно и без страха искать, что может.